еще набирал какой то наташе

 

 

 

 

Он еще забивал на субботу работу, Еще занимал бабло до субботы, Он еще не знал, что это уже не вернуть. Он еще жевал бутерброды с парашей, Еще набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал Бутерброды с парашей, Ещё набирал Какой-то Наташе А душа его Уже собиралась в путь. Я точно помню, Что всё это было зимой, И падал мокрый снег, И рано зажигали свет. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он еще жевал бутерброды с парашей, Еще набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Припев Проигрыш И под утро, когда сцена была пустая Он играл один, уже почти взлетая, И земной его путь оборвался, как скверный сон.

Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Собственно, в последнее время преследует мысль о создании дневника, в котором я бы мог отражать свои мысли, наблюдения, размышления. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет.

Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Замирая от дальнего эха божественных нот. Он еще забивал на субботу работу, Еще занимал бабло до субботы, Он еще не знал, что это уже не вернуть. Он еще жевал бутерброды с парашей, Еще набирал какой-то Наташе. Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он еще забивал на субботу работу, Еще занимал бабло до субботы, Он еще не знал, что это уже не вернуть. Он еще жевал бутерброды с парашей, Еще набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь.

Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он еще забивал на субботу работу, Еще занимал бабло до субботы, Он еще не знал, что это уже не вернуть. Он еще жевал бутерброды с парашей, Еще набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он еще забивал на субботу работу, Еще занимал бабло до субботы, Он еще не знал, что это уже не вернуть. Он еще жевал бутерброды с парашей, Еще набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал Бутерброды с парашей, Ещё набирал Какой-то Наташе А душа его Уже собиралась в путь. Я точно помню, Что всё это было зимой, И падал мокрый снег, И рано зажигали свет. Он еще забивал на субботу работу, Еще занимал бабло до субботы, Он еще не знал, что это уже не вернуть. Он еще жевал бутерброды с парашей, Еще набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал Бутерброды с парашей, Ещё набирал Какой-то Наташе А душа его Уже собиралась в путь. Я точно помню, Что всё это было зимой, И падал мокрый снег, И рано зажигали свет. Понимаешь, бро Опти Илья не знал для чего что-то менять, с какой целью. Именно этим, наверное, мы и схожи с ним в первую очередь. Я также не вижу смысла "успешности". Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё жевал бутерброды с "парашей", Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь И под утро, когда сцена была пустая, Он играл один, уже почти взлетая, И земной его путь оборвался, как скверный сон Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе, А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой, И падал мокрый снег, и рано зажигали свет. Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе. А душа его уже собиралась в путь. Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе. А душа его уже собиралась в путь. Я точно помню, что всё это было зимой Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь. Lyrics for То, Чего Больше Нет by Машина Времени. Он всё время бежал то туда, то оттуда Как будто ждал какого-то чуда И глаза его глядели ту Он ещё забивал на субботу работу, Ещё занимал бабло до субботы, Он ещё не знал, что это уже не вернуть. Он ещё жевал бутерброды с парашей, Ещё набирал какой-то Наташе А душа его уже собиралась в путь.

Недавно написанные: